ВЕРХОВНЫЙ СУД РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ
КАССАЦИОННОЕ ОПРЕДЕЛЕНИЕ
от 29 сентября 2021 г. N 9-КАД21-8-К1
Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации в составе:
председательствующего Александрова В.Н.,
судей Николаевой О.В. и Абакумовой И.Д.
рассмотрела в открытом судебном заседании кассационную жалобу Скворцовой Капитолины Витальевны на апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 ноября 2020 г. и кассационное определение судебной коллегии по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2021 г. по делу N 3а-640/2020 по административному исковому заявлению Скворцовой К.В. о признании не действующими в части Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 г., утвержденного приказом министерства инвестиций, земельных и имущественных отношений Нижегородской области от 30 сентября 2016 г. N 326-13-303/16; Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 г., утвержденного приказом министерства инвестиций, земельных и имущественных отношений Нижегородской области от 14 сентября 2017 г. N 326-13-463/17; Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 г., утвержденного приказом министерства имущественных и земельных отношений Нижегородской области от 12 ноября 2018 г. N СЛ-326-25615/18; Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2020 г., утвержденного приказом министерства имущественных и земельных отношений Нижегородской области от 25 ноября 2019 г. N 326-13-369863/19.
Заслушав доклад судьи Верховного Суда Российской Федерации Николаевой О.В., заключение прокурора Генеральной прокуратуры Российской Федерации Засеевой Э.С., поддержавшей доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации
установила:
Скворцова К.В. обратилась в суд с административным исковым заявлением о признании не действующими со дня принятия пунктов 559, 560, 561, 562 раздела "город Нижний Новгород" Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2017 г., утвержденного приказом министерства инвестиций, земельных и имущественных отношений Нижегородской области от 30 сентября 2016 г. N 326-13-303/16 (далее - Перечень на 2017 г.); пунктов 799, 800, 801, 802 раздела "город Нижний Новгород" Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2018 г., утвержденного приказом министерства инвестиций, земельных и имущественных отношений Нижегородской области от 14 сентября 2017 г. N 326-13-463/17 (далее - Перечень на 2018 г.); пунктов 1105, 1106, 1107, 1108 раздела "город Нижний Новгород" Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2019 г., утвержденного приказом министерства имущественных и земельных отношений Нижегородской области от 12 ноября 2018 г. N СЛ-326-25615/18 (далее - Перечень на 2019 г.); пунктов 1077, 1078, 1079, 1080 раздела "город Нижний Новгород" Перечня объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость, на 2020 г., утвержденного приказом министерства имущественных и земельных отношений Нижегородской области от 25 ноября 2019 г. N 326-13-369863/19 (далее - Перечень на 2020 г.).
В обоснование заявленных требований указала, что оспариваемыми пунктами принадлежащие ей на праве собственности нежилые здания включены в перечни объектов недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.
По мнению административного истца, основания для включения спорных зданий в перечни отсутствовали. Названные объекты не отвечали признакам, предусмотренным статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации. Отнесение упомянутой недвижимости к имуществу, в отношении которого налоговая база определяется как кадастровая стоимость, незаконно возлагает на Скворцову К.В. обязанность по уплате налога в повышенном размере.
Решением Нижегородского областного суда от 22 июля 2020 г. административное исковое заявление удовлетворено.
Апелляционным определением судебной коллегии по административным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 ноября 2020 г., оставленным без изменения кассационным определением судебной коллегии по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2021 г., решение суда первой инстанции отменено, в удовлетворении заявленных требований отказано.
Скворцова К.В. обратилась с кассационной жалобой в Верховный Суд Российской Федерации, в которой просит отменить апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 ноября 2020 г. и кассационное определение судебной коллегии по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2021 г., оставив в силе решение Нижегородского областного суда от 22 июля 2020 г.
По запросу судьи Верховного Суда Российской Федерации дело истребовано в Верховный Суд Российской Федерации, определением от 7 сентября 2021 г. кассационная жалоба с делом передана для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по административным делам Верховного Суда Российской Федерации.
Основаниями для отмены или изменения судебных актов в кассационном порядке судебной коллегией Верховного Суда Российской Федерации являются существенные нарушения норм материального права или норм процессуального права, которые повлияли или могут повлиять на исход административного дела и без устранения которых невозможны восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов (часть 1 статьи 328 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации).
Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, Судебная коллегия полагает, что судами апелляционной и кассационной инстанций при рассмотрении настоящего дела допущены существенные нарушения норм материального права.
Как установлено судом и следует из материалов дела, Скворцова К.В. является собственником нежилых зданий с кадастровыми номерами < ... > , < ... > , < ... > , < ... > , расположенных по адресу: г. < ... > .
Указанные объекты недвижимого имущества включены в Перечень на 2017 г. (пункты 559, 560, 561, 562 раздела "город Нижний Новгород"), Перечень на 2018 г. (пункты 799, 800, 801, 802 раздела "город Нижний Новгород"), Перечень на 2019 г. (пункты 1105, 1106, 1107, 1108 раздела "город Нижний Новгород"), Перечень на 2020 г. (пункты 1077, 1078, 1079, 1080 раздела "город Нижний Новгород").
Здание с кадастровым номером < ... > площадью 777 кв. м имеет назначение: "нежилое здание", наименование: "нежилое отдельно стоящее (склад)" и включает помещения с наименованиями: "склад", "электрощитовая", "бытовка", "холодильник" и "торговый зал". При этом площадь помещения "торговый зал" равна 15,6 кв. м.
Здание с кадастровым номером < ... > площадью 797 кв. м имеет назначение: "нежилое здание", наименование: "нежилое отдельно стоящее (склад)" и включает помещения с наименованиями: "склад", "кабинет", "тамбур", "комната отдыха", "электрощитовая", "душ", "коридор", "туалет", "кладовка", "джакузи", "парная".
Здание с кадастровым номером < ... > площадью 559,9 кв. м имеет наименование: "нежилое отдельно стоящее (склад)" и включает помещения с наименованиями: "склад", "комната", "кабинет", "коридор", "кладовая", "туалет", "умывальник".
Здание с кадастровым номером < ... > площадью 141,3 кв. м имеет наименование: "нежилое отдельно стоящее (склад)" и включает в состав одно помещение с наименованием "склад".
Земельный участок с кадастровым номером < ... > , на котором расположены упомянутые объекты недвижимости, имеет вид разрешенного использования: "под торгово-закупочную базу" без указания категории земель.
2 июля 2020 г. для определения вида фактического использования указанных зданий административным ответчиком проведены их обследования, о чем составлены акты от 8 июля 2020 г.
Удовлетворяя требования Скворцовой К.В., суд первой инстанции исходил из того, что упомянутая недвижимость не предназначена для размещения офисных зданий, объектов торговли и бытового обслуживания, и фактически не используются для указанных целей; вид разрешенного использования земельного участка, на котором расположены данные здания, однозначно не предусматривает размещение на нем торговых объектов.
Апелляционный суд решение суда отменил и в удовлетворении административного искового заявления отказал, указав на неправильное применение судом пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации. При этом суд апелляционной инстанции отметил, что вид разрешенного использования земельного участка с кадастровым номером < ... > "под торгово-закупочную базу" предусматривает размещение на нем торговых объектов, что является самостоятельным основанием для включения названных зданий в перечни.
С выводами суда апелляционной инстанции согласилась судебная коллегия по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции.
Вместе с тем судами апелляционной и кассационной инстанций не учтены следующие обстоятельства.
В соответствии со статьей 3 Налогового кодекса Российской Федерации каждое лицо должно уплачивать законно установленные налоги и сборы (пункт 1); налоги и сборы должны иметь экономическое основание и не могут быть произвольными (пункт 3); все неустранимые сомнения, противоречия и неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу налогоплательщика (пункт 7).
Особенности определения налоговой базы, исчисления и уплаты налога в отношении отдельных объектов недвижимого имущества, установлены в статье 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.
Так, в перечень для целей налогообложения наряду с иными объектами подлежит включению торговый центр (комплекс) (подпункт 1 пункта 1).
Законодателем в качестве такового признается отдельно стоящее нежилое здание (строение, сооружение), помещения в котором принадлежат одному или нескольким собственникам и которое отвечает хотя бы одному из следующих условий: здание (строение, сооружение) расположено на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания; здание (строение, сооружение) предназначено для использования или фактически используется в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания. При этом: здание (строение, сооружение) признается предназначенным для использования в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания, если назначение, разрешенное использование или наименование помещений общей площадью не менее 20 процентов общей площади этого здания (строения, сооружения) в соответствии со сведениями, содержащимися в Едином государственном реестре недвижимости, или документами технического учета (инвентаризации) таких объектов недвижимости предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания; фактическим использованием здания (строения, сооружения) в целях размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания признается использование не менее 20 процентов его общей площади для размещения торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания (пункт 4).
Материалы дела не содержат доказательств, однозначно свидетельствующих о том, что объекты недвижимости с кадастровыми номерами < ... > , < ... > , < ... > , < ... > , расположенные на арендуемом Скворцовой К.В. земельном участке по адресу: < ... > , являются торговыми центрами и отвечают приведенным выше критериям.
Вид разрешенного использования указанного земельного участка "под торгово-закупочную базу", имея смешанный характер, не позволяет отнести находящиеся на этом земельном участке объекты к торговым центрам (комплексам).
Вопреки выводам судов апелляционной и кассационной инстанций термин "торговая база", содержащийся в виде разрешенного использования земельного участка, не свидетельствует о размещении именно торгового объекта, как это указано в подпункте 1 пункта 4 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации.
Понятие "торговый объект" приведено в статье 2 Федерального закона от 28 декабря 2009 г. N 381-ФЗ "Об основах государственного регулирования торговой деятельности в Российской Федерации" и пункте 14 Национального стандарта Российской Федерации ГОСТ Р 51303-2013 "Торговля. Термины и определения", утвержденного приказом Федерального агентства по техническому регулированию и метрологии от 28 августа 2013 г. N 582-ст.
Так, торговый объект - это здание или часть здания, строение или часть строения, сооружение или часть сооружения, специально оснащенные оборудованием, предназначенным и используемым для выкладки, демонстрации товаров, обслуживания покупателей и проведения денежных расчетов с покупателями при продаже товаров.
Понятие "торговая база" в законодательстве отсутствует.
Понятие "торговая база" не является тождественным понятию "торговый объект", и может предусматривать размещение объектов складского назначения различного профиля, не относящихся к торговым объектам.
Здания с кадастровыми номерами < ... > , < ... > , < ... > , < ... > в соответствии с документами технического учета имеют наименование "нежилое отдельно стоящее (склад)" и состоят более чем на 80% из помещений "склад", "кабинет", "комната", "коридор", "кладовая", "туалет", "умывальник", "тамбур", "комната отдыха", "душ", "электрощитовая", "кладовка", "бытовка", "холодильник", назначение, разрешенное использование и наименование которых не предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) объектов бытового обслуживания.
При этом указанные объекты недвижимости не подлежали включению в оспариваемые перечни и по фактическому использованию, поскольку мероприятия по обследованию этих объектов с целью определения вида их фактического использования и включения в Перечни на 2017, 2018, 2019, 2020 гг., не проводились.
Акты фактического обследования названных зданий, подготовленные в соответствии с Порядком определения вида фактического использования зданий (строений, сооружений) и помещений для целей налогообложения, утвержденным постановлением Правительства Нижегородской области от 2 октября 2015 г. N 635, не подтверждают факт использования в спорный период указанных зданий для размещения торговых объектов, поскольку эти акты составлены после утверждения оспариваемых перечней.
Таким образом, здания с кадастровыми номерами < ... > , < ... > , < ... > , < ... > были формально отнесены судами к объектам недвижимого имущества, в отношении которых налоговая база определяется как кадастровая стоимость.
Между тем Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно указывал на необходимость исследования судами фактических обстоятельств конкретного дела по существу и недопустимость установления одних лишь формальных условий применения нормы, иное приводило бы к тому, что право на судебную защиту оказалось бы серьезно ущемленным. Формальный подход тем более не должен допускаться в делах, в которых гражданин в отношениях с органами публичной власти выступает как слабая сторона и в которых применение правовых норм без учета всех обстоятельств дела может привести к тому, что его имущественное положение будет значительно ухудшено вопреки целям социального государства, призванного создавать условия для достойной жизни и свободного развития граждан (постановления от 12 июля 2007 г. N 10-П "По делу о проверке конституционности положения абзаца третьего части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан В.В. Безменова и Н.В. Калабуна", от 13 декабря 2016 г. N 28-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 статьи 1301, подпункта 1 статьи 1311 и подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с запросами Арбитражного суда Алтайского края", от 10 марта 2017 г. N 6-П "По делу о проверке конституционности статьи 15, пункта 1 статьи 1064, статьи 1072 и пункта 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан А.С. Аринушенко, Г.С. Бересневой и других", от 11 февраля 2019 г. N 9-П "По делу о проверке конституционности части 5 статьи 13 Федерального закона "Об особенностях регулирования отдельных правоотношений в связи с присоединением к субъекту Российской Федерации - городу федерального значения Москве территорий и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" в связи с жалобами граждан А.К. Качковского и А.Г. Федосова").
Не приняты во внимание и позиции Конституционного Суда Российской Федерации о том, что налоговые обязательства производны от экономической деятельности, а налоги должны быть установлены в их общей системе сообразно их существу, имея в виду экономическую обоснованность налогов и недопустимость их произвольного введения; взимание налога на имущество организаций исходя из налоговой базы, определяемой по кадастровой стоимости зданий (строений, сооружений) исключительно из того, что они расположены на земельном участке, один из видов разрешенного использования которого предусматривает размещение торговых объектов, объектов общественного питания и (или) бытового обслуживания, хотя объект недвижимости имеет иное назначение и (или) фактическую эксплуатацию, неоправданно в конституционно-правовом отношении, поскольку допускает возложение повышенной налоговой нагрузки на налогоплательщика без экономических на то оснований и не позволяет - вопреки статьям 19 (части 1 и 2) и 57 Конституции Российской Федерации, принципам равенства и справедливости налогообложения - применить для расчета налоговой базы более благоприятное для налогоплательщика общее правило ее определения исходя из среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения. При этом отказ налогоплательщику в таком праве не обусловлен объективной невозможностью пообъектного (индивидуального) определения налоговой базы с учетом среднегодовой стоимости имущества, а также не связан с правомерными целями градостроительной политики и другими конституционно оправданными причинами. Иными словами, конституционно-правовых оснований такой отказ не имеет и недопустим в системе действующего правового регулирования во всяком случае в отношении тех организаций, чье недвижимое имущество расположено на земельных участках, которыми они владеют на условиях аренды, (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12 ноября 2020 г. N 46-П "По делу о проверке конституционности подпункта 1 пункта 4 статьи 3782 Налогового кодекса Российской Федерации в связи с жалобой открытого акционерного общества "Московская шерстопрядильная фабрика", Определение Конституционного Суда Российской Федерации от 11 марта 2021 г. N 374-О "Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы общества с ограниченной ответственностью "Торговый мир" на нарушение его конституционных прав подпунктом 1 пункта 1 статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации").
При таких обстоятельствах выводы судов апелляционной и кассационной инстанций о правомерности включения объектов недвижимости с кадастровыми номерами < ... > , < ... > , < ... > , < ... > в оспариваемые пункты перечней на 2017, 2018, 2019, 2020 гг. нельзя признать законными, в связи с чем Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации считает необходимым обжалуемые судебные акты отменить и оставить в силе решение суда первой инстанции.
На основании изложенного Судебная коллегия по административным делам Верховного Суда Российской Федерации, руководствуясь статьями 328 - 330 Кодекса административного судопроизводства Российской Федерации,
определила:
апелляционное определение судебной коллегии по административным делам Четвертого апелляционного суда общей юрисдикции от 3 ноября 2020 г. и кассационное определение судебной коллегии по административным делам Первого кассационного суда общей юрисдикции от 30 марта 2021 г. отменить.
Оставить в силе решение Нижегородского областного суда от 22 июля 2020 г.