Налоговая судебная практика

Суд первой инстанции, руководствуясь нормами Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - Гражданский кодекс), Федерального закона от 27.11.2010 N 311-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации" (далее - Закон N 311-ФЗ) и Федерального закона от 03.08.2018 N 289-ФЗ "О таможенном регулировании в Российской Федерации и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон N 289-ФЗ), указал на то, что правоотношения, которые послужили основанием для выставления таможенными органами требования об уплате денежной суммы по договору поручительства (оформление транзитной декларации и начало процедуры таможенного транзита), возникли в период действия договора поручительства.

Сумма налога на добавленную стоимость, исчисленная при реализации товаров (работ, услуг), передаче имущественных прав, предъявляется налогоплательщиком покупателю дополнительно к цене (тарифу) реализуемых товаров (работ, услуг), имущественных прав (пункт 1 статьи 168 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии пунктом 1 статьи 167 Налогового кодекса Российской Федерации моментом определения налоговой базы по налогу на добавленную стоимость является наиболее ранняя из следующих дат: день отгрузки (передачи) товаров (работ, услуг), имущественных прав; день оплаты, частичной оплаты в счет предстоящих поставок товаров (выполнения работ, оказания услуг), передачи имущественных прав.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции установил факт ненадлежащего исполнения условий по вводу объекта дошкольного образования в эксплуатацию (с нарушением срока, установленного пунктом 5.2.2 договора аренды от 01.07.1995 N 08-ЗД-00125 в редакции дополнительного соглашения от 19.01.2016, и руководствуясь положениями статей 309, 310, 329, 330, 333 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктами 72, 74 в постановления Пленума Верховного Суда Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", пунктом 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", определением Конституционного Суда от 14.03.2001 N 80-О, удовлетворил иск частично, уменьшив размер взыскиваемой неустойки до 7 000 000 руб.

Как следует из судебных актов, оспариваемым решением налогового органа, вынесенным по результатам камеральной проверки уточненной налоговой декларации по транспортному налогу за 2018 год, обществу доначислено 51 003 рублей транспортного налога, начислено 8 363 рублей 30 копеек пеней, 1 112 рублей 30 копеек штрафа по статье 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс).

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе заключение судебной экспертизы, установив, что договор аренды земельного участка для целей строительства был заключен с министерством без соблюдения предусмотренных законом процедур предоставления земельного участка, а также исходя из того, что возведение объектов капитального строительства на спорном участке в период с 28.10.2014 до 11.10.2018 было невозможно в связи с запретами, установленными градостроительной документацией, пришел к выводу о ничтожности оспариваемой сделки, суд, руководствуясь статьями 166, 167, 168, 395, 606, 611, пунктом 1 статьи 1102, статьями 1103, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 11.8, 22, 30, 65 Земельного кодекса Российской Федерации, Положением о порядке определения размера арендной платы за земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, утвержденным Постановлением Правительства Иркутской области от 01.12.2015 N 601-пп, Положением о земельном налоге на территории города Иркутска, утвержденным решением Думы города Иркутска от 23.11.2005 N 004-20-180203/5, Порядком определения коэффициентов, применяемых к размеру арендной платы за земельные участки, государственная собственность на которые не разграничена, для различных видов разрешенного использования земельных участков на территории муниципального образования "город Иркутск", утвержденным постановлением мэра г. Иркутска от 20.02.2009 N 031-06-522/9, разъяснениями пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", пункта 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 (ред. от 07.02.2017) "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", требования к министерству, заключившему ничтожную сделку, удовлетворил частично, признав верным котррасчет ответчика.

Рассматривая настоящий спор, установив, что общество осуществило незаконную валютную операцию по зачислению денежных средств за оказание транспортно-экспедиционных услуг от нерезидента на свой счет, открытый в банке в Республике Казахстан, минуя счета в уполномоченных банках Российской Федерации, руководствуясь положениями Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле", суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии в действиях общества состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 1 статьи 15.25 КоАП РФ.

Разрешая спор, суды руководствовались статьями 309, 310, 336, 352, 357, 391, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 71, 100, 142 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и исходили из того, что требование подтверждено документально, основано на возмездной и экономически целесообразной для должника сделке, в связи с чем признали его обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра.

Впоследствии определением того же суда от 25.11.2019 производство по данному делу прекращено на основании абзаца восьмого пункта 1 статьи 57 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) в связи с отсутствием средств, достаточных для возмещения судебных расходов на проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе расходов на выплату вознаграждения арбитражному управляющему.

Отказывая в удовлетворении иска, суд первой инстанции сослался на положения статей 128, 140 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1.1 главы 1 Положения Банка России от 19 июня 2012 г. N 383-П "О правилах осуществления перевода денежных средств", пункта 19 статьи 3 Федерального закона от 27 июня 2011 г. N 161-ФЗ "О национальной платежной системе" и указал, что титульный знак WMZ является условной виртуальной учетной единицей, которую можно использовать только в рамках системы "WebMoney Transfer" - эмитента этих условных виртуальных единиц, не является предметом материального мира, не существует в физически осязаемой форме, не обладает признаками вещи, в том числе денег, ценных бумаг, не является предметом гражданского оборота, а потому не может выступать объектом гражданско-правового договора.

Отказывая в удовлетворении заявления и отменяя решение суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные доказательства, руководствовался положениями статей 374, 375, 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, Закона Московской области от 21.11.2003 N 150/2003-ОЗ "О налоге на имущество организаций в Московской области", и, принимая во внимание, что спорный объект недвижимости не был включен в Перечень на 2015 год, признал, что примененная налогоплательщиком в налоговой декларации за 2015 год кадастровая стоимость в отношении спорного объекта имущества используется для исчисления налога неправомерно.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 357, 358, 362 Налогового кодекса Российской Федерации (в действующей в спорный период редакции), суды отказали в удовлетворении требований, признав факт занижения обществом транспортного налога в связи с неисчислением его в отношении зарегистрированного транспортного средства.

Как следует из судебных актов, основанием для принятия решения в оспариваемой части послужил вывод налогового органа об утрате обществом права на применение единого сельскохозяйственного налога (далее - ЕСХН) в связи с несоответствием критериям налогоплательщика ЕСХН, установленным статьей 346.2 Налогового кодекса Российской Федерации, и неправомерного применения специального налогового режима с 01.01.2015 по 31.12.2017.

Таким образом, установив факт нарушения положений пункта 4 статьи 170 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс), выразившийся в отсутствии раздельного учета сумм налога при осуществлении операций, подлежащих налогообложению, и операций, не подлежащих налогообложению, налоговый орган пришел к выводу о необоснованном применении АО "ВМК" налоговых вычетов по НДС.

С учетом конкретных обстоятельств судья не усматривает неправильного применения арбитражными судами положений статей 28, 39, 47, 48, 49, 77 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", статьи 26 Федерального закона от 22.04.1996 N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг". Неправильного применения и (или) нарушения судами норм процессуального права не допущено.

С 1 января 2012 г. Главным управлением Пенсионного фонда Российской Федерации N 9 по г. Москве и Московской области Баланиной К. назначена и выплачивается социальная пенсия по инвалидности в соответствии с Федеральным законом от 15 декабря 2001 г. N 166-ФЗ "О государственном пенсионном обеспечении в Российской Федерации".

Пленум Верховного Суда Российской Федерации в пункте 7 постановления от 29 мая 2018 г. N 15 "О применении судами законодательства, регулирующего труд работников, работающих у работодателей - физических лиц и у работодателей - субъектов малого предпринимательства, которые отнесены к микропредприятиям" разъяснил, что согласно подпункту 1 пункта 1 статьи 333.36 Налогового кодекса Российской Федерации и статье 393 Трудового кодекса Российской Федерации работники, работающие (работавшие) у работодателя - физического лица (являющегося индивидуальным предпринимателем, не являющегося индивидуальным предпринимателем) или у работодателя - субъекта малого предпринимательства, который отнесен к микропредприятиям, при обращении в суд с требованиями, вытекающими из трудовых отношений, в том числе по поводу невыполнения либо ненадлежащего выполнения условий трудового договора, носящих гражданско-правовой характер, освобождаются от уплаты судебных расходов независимо от результатов рассмотрения судом их требований, в том числе в случае частичного или полного отказа в их удовлетворении.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина с учетом положений статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации и статей 102, 110 АПК РФ подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 291.6 и 291.8 АПК РФ, судья Верховного Суда Российской Федерации

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь статьями 309, 310, 395, 614, 632, 1102, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", суды первой и апелляционной инстанций пришли к выводу о наличии оснований для частичного удовлетворения исковых требований.

Спорным вопросом по настоящему делу является классификация ввезенного обществом товара: медицинские изделия производства Велч Эллин. Инк., США: осветители, отоскопы, дефибрилляторы, офтальмоскопы, стетоскопы, и возможности распространения на них льготы, предусмотренной пунктом 2 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации.

Таможенный орган отказал во внесении изменений в декларации на товар и возврате таможенных платежей, поскольку в составе представленных документов отсутствовали данные, подтверждающие целевое назначение ввозимого товара, а именно, письмо Минздрава России, выдаваемого Департаментом лекарственного обеспечения и регулирования обращения медицинских изделий в ответ на обращение заявителя.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина с учетом положений статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации и статей 102, 110 АПК РФ подлежит взысканию с заявителя в доход федерального бюджета.

Исходя из изложенного, руководствуясь статьями 291.6 и 291.8 АПК РФ, судья Верховного Суда Российской Федерации