Налоговая судебная практика

Разрешая спор, руководствуясь статьями 3, 22, 71, 72 Лесного кодекса Российской Федерации, статьями 450, 619 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпунктом "д" пункта 11, пунктом 19 Положения о подготовке и утверждении перечня приоритетных инвестиционных проектов в области освоения лесов, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 30.06.2007 N 419 "О приоритетных инвестиционных проектах в области освоения лесов", учитывая установленные в рамках дела N А34-7751/2014 обстоятельства нарушения обществом плана реализации инвестиционного проекта, установив по результатам исследования и оценки представленных в материалы дела доказательств факт нарушения обществом сроков реализации приоритетного инвестиционного проекта сроком более чем на 1 год, предусмотренную пунктом 24 договора аренды возможность его досрочного расторжения в случае такого нарушения, при отсутствии доказательств устранения обществом данного нарушения в разумный срок, суды сочли обоснованными требования департамента о расторжении договора аренды, в связи с чем удовлетворили заявленные им требования.

Как усматривается из судебных актов, основанием для обращения с настоящим заявлением в арбитражный суд послужил отказ инспекции возвратить обществу излишне уплаченный НДФЛ за 2014 год в размере 424 539 рублей в качестве налогового агента в связи с истечением трехлетнего срока, установленного пунктом 7 статьи 78 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс), со дня уплаты указанной суммы налога.

Обязанность по уплате конкретного налога возлагается на налогоплательщика с момента возникновения установленных законодательством о налогах и сборах обстоятельств, предусматривающих уплату данного налога, и по общему правилу прекращается с уплатой налога (пункты 2 и 3 статьи 44 Налогового кодекса, далее - НК РФ).

Исключая из состава расходов суммы амортизационных отчислений по объектам системы водоснабжения, принадлежащим предприятию на праве хозяйственного ведения, и созданным за счет целевых бюджетных средств, орган регулирования руководствовался подпунктом 3 пункта 2 статьи 256 Налогового кодекса Российской Федерации, согласно которому не подлежит амортизации имущество, приобретенное (созданное) за счет бюджетных средств целевого финансирования.

Отказывая администрации в удовлетворении иска, суды руководствовались статьями 15, 387, 388, 389, 390, 391, 396 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, решением Белгородского городского совета депутатов от 22.11.2005 N 195 "О земельном налоге", Правилами землепользования и застройки городского округа город Белгород Белгородской области, утвержденных распоряжением Департамента строительства и транспорта Белгородской области от 29.05.2018 N 440 и исходили из того, что проверка правильности, полноты и своевременности уплаты земельного налога осуществляется налоговым органом в порядке проведения налоговых проверок.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив факт перечисления истцом денежных средств в размере 15 000 000 рублей в отсутствие доказательств надлежащего исполнения обязательств по договору ответчиком, руководствуясь статьями 165.1, 309, 310, 395, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьями 127, 129, 130, 149, 155, 156 Кодекса торгового мореплавания Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлениях Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 22.11.2016 N 54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах и их исполнении" и от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удержания ответчиком спорной суммы, взыскав ее в качестве неосновательного обогащения, а также проценты за пользование чужими денежными средствами.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной завершено, государственная пошлина в размере 3 000 руб., с учетом положений статьи 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации, подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

В силу части 2 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист подлежит выдаче Арбитражным судом Кемеровской области.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина в размере 3 000 руб., с учетом положений статьи 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации, подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

В силу части 2 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист подлежит выдаче Арбитражным судом города Севастополя.

Как усматривается из судебных актов, по результатам камеральной налоговой проверки налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) за 2 квартал 2017 года, инспекцией вынесено решение о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения, предусмотренного пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налогового кодекса) в виде штрафа в размере 413 231 рубля 50 копеек, предложено уплатить НДС в сумме 4 132 315 рублей, соответствующие суммы пени.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив перечисление истцом ответчику денежных средств в размере 1 540 000 рублей (за период с 29.02.2016 по 31.10.2016), указание в платежных поручениях в назначении платежа договоров, которые между сторонами не заключались, отсутствие доказательств поставки ответчиком товаров, оказания услуг или выполнения работ на указанную сумму, руководствуясь положениями статей 395, 1102, 1107, 1109 Гражданского кодекса Российской Федерации, правовой позицией Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в информационном письме от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", суды пришли к выводу о доказанности наличия на стороне ответчика неосновательного обогащения и обязанности по его возврату истцу с уплатой процентов за пользование чужими денежными средствами.

Правовые основы производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и ограничения потребления (распития) алкогольной продукции в Российской Федерации установлены Федеральным законом от 22 ноября 1995 г. N 171-ФЗ "О государственном регулировании производства и оборота этилового спирта, алкогольной и спиртосодержащей продукции и об ограничении потребления (распития) алкогольной продукции" (далее - Федеральный закон от 22 ноября 1995 г. N 171-ФЗ).

Установив указанные обстоятельства, руководствуясь положениями статей 169, 171, 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налогового кодекса), учитывая разъяснения, изложенные в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды пришли к выводу о законности оспариваемого решения инспекции.

Дерюгина А.А., являющаяся собственником указанного объекта недвижимости обратилась в Верховный Суд Удмуртской Республики с административным исковым заявлением о признании недействующими вышеперечисленных пунктов Перечней на 2016, 2017, 2018 годы, ссылаясь на противоречие обжалуемых норм положениям статьи 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации, а также положениям статьи 1.1 Закона Удмуртской Республики от 27 ноября 2003 года N 55-РЗ "О налоге на имущество организаций в Удмуртской Республике" и нарушение ее прав, как налогоплательщика, незаконно возлагая обязанность по уплате налога на имущество в повышенном размере.

Статьей 1 Федерального закона от 6 октября 1999 г. N 184-ФЗ "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" установлено, что деятельность органов государственной власти субъекта Российской Федерации осуществляется в соответствии с принципом самостоятельного осуществления органами государственной власти субъектов Российской Федерации принадлежащих им полномочий.