Налоговая судебная практика

Матвиец Т.А. и Преображенская Е.С. обратились в Ставропольский краевой суд с административным исковым заявлением о признании недействующими пункта 1727 Перечня на 2017 год и пункта 3343 Перечня на 2018 год, указав в обоснование заявленных требований, что принадлежащее им нежилое здание с кадастровым номером ... не подпадает под критерии, установленные статьей 378.2 Налогового кодекса Российской Федерации; включение здания в Перечни на 2017 год и на 2018 год неправомерно возлагает на административных истцов обязанность по уплате налога в завышенном размере.

рассмотрев в открытом судебном заседании административное дело по административному исковому заявлению акционерного общества "Балтийский завод" о признании недействующими абзацев пятого, восьмого и десятого информационного письма Министерства финансов Российской Федерации от 28 августа 2018 г. N 24-03-07/61247 "По вопросу изменения цены контрактов после повышения ставки налога на добавленную стоимость",

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Основанием для доначисления послужил вывод инспекции о неправомерном применении заявителем налоговой льготы, установленной пунктом 21 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс), в связи отсутствием доказательств, подтверждающих обоснованность ее применения.

Отказывая в удовлетворении требований налогоплательщика, руководствуясь статьями 374, 381 Налогового кодекса, положениями Федерального закона от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон об энергосбережении), суды исходили из отсутствия документального подтверждения факта принадлежности спорного имущества (двух нежилых помещений) к высокому классу энергетической эффективности, указав также, что применение энергетических паспортов в качестве доказательства соответствия условиям рассматриваемой льготы, в отсутствии критериев для определения классов энергетической эффективности нежилых зданий, строений сооружений, является неправомерным.

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что между обществом (перевозчиком) и Министерством соцзащиты (заказчиком) заключен договор от 06.02.2014 N 2 по компенсации выпадающих доходов в связи с перевозкой отдельных категорий граждан железнодорожным транспортом по тарифам, утвержденным исполнительным органом субъекта Российской Федерации, в соответствии с условиями которого заказчик оплатил перевозчику оказанные услуги в полном объеме, руководствуясь положениями статей 15, 393, 426, 789, 790 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 10.01.2003 N 17-ФЗ "О железнодорожном транспорте в Российской Федерации", Федеральным законом от 22.08.2004 N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации" и "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", статьей 85 Бюджетного кодекса Российской Федерации, постановлением Администрации Тверской области от 29.03.2007 N 97-па "О предоставлении права на льготный проезд на железнодорожном транспорте пригородного сообщения отдельным категориям граждан", пунктом 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 N 23 "О некоторых вопросах применения арбитражными судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации", суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения иска.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, учитывая, что решением арбитражного суда по делу N А28-16716/2017 признано недействительной (ничтожной) сделкой дополнительное соглашение от 19.06.2009 N 1 к договору аренды лесного участка от 01.11.2004, суд, руководствуясь пунктом 3 статьи 71, статьей 73 Лесного кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 424, статьями 606, 614 Гражданского кодекса Российской Федерации, частью 2 статьи 74 Лесного кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 21.07.2014 N 250-ФЗ "О внесении изменений в статьи 74 и 81 Лесного кодекса Российской Федерации"), учитывая разъяснения, изложенные в пункте 7 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.01.2000 N 49 "Обзор практики рассмотрения споров, связанных с применением норм о неосновательном обогащении", установил, что предприниматель осуществлял заготовку и изъятие лесных ресурсов в соответствии с проектом освоения лесов, утвержденным в 2013 году, и, признав, что в результате исполнения ничтожной сделки истец фактически получил древесины больше, чем ему полагалось по договору, пришел к выводу, что арендатор обязан внести плату за объем древесины, изъятой сверх объема, предусмотренного договором.

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Принимая обжалуемые судебные акты, суды, руководствуясь положениями части 11 статьи 154 Федерального закона от 22.08.2004 N 122-ФЗ "О внесении изменений в законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу некоторых законодательных актов Российской Федерации в связи с принятием федеральных законов "О внесении изменений и дополнений в Федеральный закон "Об общих принципах организации законодательных (представительных) и исполнительных органов государственной власти субъектов Российской Федерации", пункта 6 части 1 статьи 16, пункта 1 части 1 статьи 50 Федерального закона от 06.10.2003 N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и Постановления Верховного Совета Российской Федерации от 27.12.1991 N 3020-1 "О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность", а также правовой позицией Конституционного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 07.02.2012 N 234-О-Р, не усмотрели правовых оснований для признания оспариваемых актов недействительными.

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Как следует из судебных актов, суды, отказывая пенсионному фонду в удовлетворении требований, исходили из того, что на момент обращения с настоящим заявлением в суд пенсионным фондом пропущен шестимесячный срок, установленный положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации для взыскания в судебном порядке спорной задолженности после истечения срока исполнения требования об уплате спорной финансовой санкции.

Как усматривается из судебных актов, решением инспекции от 28.09.2017 N 27, принятым по результатам выездной налоговой проверки за период с 01.01.2013 по 31.12.2015, обществу доначислен НДС, соответствующие суммы пеней, применены налоговые санкции по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс).

В пункте 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 г. N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" разъяснено, что в силу прямого указания закона к ничтожным сделкам, в частности, относятся кредитный договор или договор банковского вклада, заключенный с нарушением требования о его письменной форме (статья 820, пункт 2 статьи 836 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Судебная коллегия по гражданским делам Волгоградского областного суда полагала, что необоснованное непредставление истцом запрашиваемых банком документов свидетельствует о его попытке уклониться от соблюдения процедур обязательного контроля, введенных ответчиком на основании положений Федерального закона от 7 августа 2001 г. N 115-ФЗ "О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных преступным путем, и финансированию терроризма", в связи с чем действия банка по удержанию указанной комиссии являются законными и соответствующими как условиям договора банковского счета, так и тарифам банка, а потому оснований считать данную комиссию неосновательным обогащением ответчика не имеется.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исследовав обстоятельства данного спора и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам главы 7 Кодекса в их совокупности и взаимосвязи, учитывая предшествующее поведение истца, исходил из недоказанности истцом наличия оснований, предусмотренных нормами статьи 75 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", влекущих возникновение у акционера права требовать выкупа обществом принадлежащих ему акций. Сделка, одобренная общим собранием акционеров и против заключения которой голосовал истец, оценена судами как сделка, совершенная в процессе обычной хозяйственной деятельности, а действия истца по ее оспариванию как имеющие признаки недобросовестности.

При рассмотрении настоящего дела суды, руководствуясь статьями 20, 105.1, 247, 252, 255, 272 Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениями, содержащимися в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", указали на то, что трудовая деятельность ряда лиц не была связана с реализацией обществом продукции, наличие каких-либо расходов на обеспечение деятельности указанных лиц налоговым органом не установлено.