Налоговая судебная практика

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, руководствуясь положениями Налогового кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из доказанности инспекцией создания предпринимателем формального документооборота при отсутствии реальности хозяйственных операций, невозможности фактического исполнения контрагентами договоров, заключенных с налогоплательщиком, недостоверности сведений, содержащихся в представленных предпринимателем в обоснование налоговой выгоды документах.

При этом суды трех инстанций руководствовались положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и учли разъяснения, содержащиеся в абзаце 3 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", согласно которым государственное или муниципальное учреждение освобождается от уплаты государственной пошлины по делу в случае, если оно выполняет отдельные функции государственного органа (органа местного самоуправления), и при этом его участие в арбитражном процессе обусловлено осуществлением указанных функций и, соответственно, защитой государственных, общественных интересов.

Принимая во внимание, что истец просил взыскать с Правительства затраты, связанные с реализацией инвестиционного проекта, на основании части 4 статьи 18 Федерального закона от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", исходя из буквального толкования указанной нормы права, пришел к выводу, что обязанность компенсировать затраты инвестору может возникнуть у Правительства только в том случае, когда Правительство в одностороннем порядке расторгло контракт. Учитывая, что инвестиционный контракт расторгнут не в одностороннем порядке Правительством, а в связи с истечением его предельного срока, суд пришел к выводу, что в данном случае положения частей 3, 4 статьи 18 данного Закона неприменимы и отказал в удовлетворении требований о взыскании неосновательного обогащения.

Отказывая в удовлетворении требований, суды руководствовались статьями 169, 171 - 172 Налогового кодекса Российской Федерации и учитывали разъяснения, содержащиеся в Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - Постановление N 53).

Уплаченная государственная пошлина возвращается из федерального бюджета в соответствии с подпунктом 2 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 117, 291.2, 291.5 Кодекса, суд

определил:

в удовлетворении ходатайства акционерного общества "Кислородмонтаж" о восстановлении пропущенного процессуального срока отказать.

Отказывая в удовлетворении требований, суды руководствовались статьями 169, 171 - 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации и учитывали разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума N 53).

Как следует из судебных актов, общество привлечено к административной ответственности, предусмотренной частью 5 статьи 15.25 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях за несоблюдение требований пункта 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле".

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями Федерального закона от 29.12.2012 N 275-ФЗ "О государственном оборонном заказе", Правилами ведения организациями, выполняющими государственный заказ за счет средств федерального бюджета, раздельного учета результатов финансово-хозяйственной деятельности, утвержденных Постановлением Правительства Российской Федерации от 19.01.1998 N 47, суды пришли к выводу о наличии в действиях предприятия состава правонарушения, ответственность за совершение которого предусмотрена частью 1 статьи 15.37 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях.

Махотенко А.И. обратился в суд с административным исковым заявлением о признании незаконным решения Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 10 по Волгоградской области (далее - налоговая инспекция) от 31 марта 2017 года о привлечении к ответственности за совершение налоговых правонарушений по пункту 1 статьи 119 и статье 122 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафов в сумме 573 546 руб., а также доначислении недоимки по налогу на добавленную стоимость в сумме 1 604 467 руб. и 396 399 руб. пеней. Решением Управления Федеральной налоговой службы по Волгоградской области от 5 июня 2017 года указанное решение оставлено без изменения, апелляционная жалоба налогоплательщика - без удовлетворения.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь статьями 166, 168.1 Трудового кодекса Российской Федерации, статьями 170, 171, 230, 252, 255, 272 Налогового кодекса Российской Федерации, правовой позицией Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении Пленума от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды отказали в удовлетворении заявленных требований в обжалуемый части, поскольку факт получения обществом необоснованной налоговой выгоды, выраженной в неправомерном применении налогового вычета по налогу на добавленную стоимость и отнесении к расходам экономически необоснованных и документально неподтвержденных затрат, подтверждается материалами дела; сумма штрафа обоснованно снижена с учетом самостоятельного выявления обществом ошибок, уплаты им налога до вынесения решения и отсутствия доказательств систематического характера нарушения.

Плательщиками земельного налога признаются организации и физические лица, обладающие земельными участками на праве собственности, праве постоянного (бессрочного) пользования или праве пожизненного наследуемого владения (статья 388 Налогового кодекса Российской Федерации).

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства (в том числе: постановление Главы Администрации Одинцовского муниципального района Московской области от 25.10.1993 N 2195, распоряжение Министерства экологии и природопользования 26.11.2013 N 564-РМ "Об утверждении результатов государственной кадастровой оценки земель садоводческих, огороднических и дачных объединений Московской области"), в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, руководствуясь положениями Налогового кодекса Российской Федерации, Гражданского кодекса Российской Федерации, Земельного кодекса Российской Федерации, Федерального закона от 15.04.1998 N 66-ФЗ "О садоводческих, огороднических и дачных некоммерческих объединениях граждан", Федерального закона от 29.11.2004 N 141-ФЗ "О внесении изменений в часть вторую Налогового кодекса Российской Федерации и некоторые другие законодательные акты Российской Федерации, а также о признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации", правовой позицией, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.01.2002 N 7486/01, установив, что земли общего пользования принадлежат кооперативу на праве собственности, на спорных землях находятся дороги, пожарный водоем, канализационно-насосная станция, газораспределительный пункт и строжка кооператива, суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из доказанности инспекцией наличия у кооператива обязанности налогоплательщика по уплате земельного налога, недоказанности кооперативом регистрации спорных земель за физическими лицами.

В соответствии с пунктом 2 статьи 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации Верховный Суд Российской Федерации, арбитражные суды, исходя из имущественного положения плательщика, вправе освободить его от уплаты государственной пошлины по делам, рассматриваемым указанными судами, либо уменьшить ее размер, а также отсрочить (рассрочить) ее уплату в порядке, предусмотренном статьей 333.41 данного Кодекса.

При этом суды трех инстанций руководствовались положениями Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и учли разъяснения, содержащиеся в абзаце 3 пункта 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", согласно которым государственное или муниципальное учреждение освобождается от уплаты государственной пошлины по делу в случае, если оно выполняет отдельные функции государственного органа (органа местного самоуправления) и при этом его участие в арбитражном процессе обусловлено осуществлением указанных функций и, соответственно, защитой государственных, общественных интересов.

Исследовав обстоятельства дела и оценив имеющиеся доказательства в соответствии со статьями 65, 71, 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 146, 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды нашли решение налогового органа в части отказа в удовлетворении заявления предпринимателя о возмещении НДС законным и обоснованным.

по заявлению общества к Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы N 8 по Алтайскому краю (далее - инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения от 27.09.2016 N РА-07-13 о привлечении к налоговой ответственности за совершение налогового правонарушения в части начисления налога по упрощенной системе налогообложения (далее - УСН) в сумме 4 050 500 рублей, соответствующих сумм пени и штрафа, начисления штрафа по статьям 122, 123 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс) в размере 5%,

Суды первой, апелляционной и кассационной инстанций, по итогам оценки доказательств, руководствуясь положениями статей 15, 16, 40, 129, 144, 164 Трудового кодекса Российской Федерации, статьи 9 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", статьи 20.2 Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний", пришли к выводу о необходимости признания недействительным оспоренного решения фонда.

Полагая, что сделка по выдаче должником 32 простых векселей, соглашение о новации и переводе долга, а также договор поручительства являются недействительными сделками, совершенными при неравноценном встречном исполнении обязательств, в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника (статья 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)") и при злоупотреблении правом (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), публичное акционерное общество "Банк СГБ" (правопреемником которого в настоящее время является общество "ЦФР Капитал"), обратилось в суд заявлениями об их оспаривании.

Как следует из материалов дела, уведомлением от 26.04.2017 N 01-16/04-9068 фонд установил обществу тариф страховых взносов на обязательное социальное страхование от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний в размере 1,70 процента, что соответствует виду экономической деятельности общества "Производство профилей с помощью холодной штамповки или гибки, ОКВЭД 24.33", имеющей наиболее высокий класс профессионального риска (15 класс) из видов экономической деятельности общества, которые указаны в Едином государственном реестре юридических лиц (далее - ЕГРЮЛ). При этом указанный вид экономической деятельности общества был определен фондом в качестве основного вида экономической деятельности в соответствии с пунктом 5 Порядка подтверждения основного вида экономической деятельности страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний - юридического лица, а также видов экономической деятельности подразделений страхователя, являющихся самостоятельными классификационными единицами, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31.01.2006 N 55 (далее - Порядок N 55), так как в установленный срок общество не представило в фонд документы, предусмотренные пунктом 3 Порядка N 55, для подтверждения основного вида экономической деятельности в целях установления ему тарифа страховых взносов исходя из соответствующего этой деятельности класса профессионального риска.