Налоговая судебная практика

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 статьи 299, пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, статьями 2, 6, 20 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих закрепление собственником спорного имущества за правопредшественником общества - федеральным государственным предприятием спорного недвижимого имущества на праве хозяйственного ведения, в отсутствие государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним данного права, признал недоказанным, что на момент приватизации спорный объект недвижимого имущества входил в состав имущественного комплекса правопредшественника общества и принадлежал последнему на праве хозяйственного ведения, поэтому отказал в удовлетворении заявленных требований.

Как следует из судебных актов, признавая правомерным оспариваемое решение пенсионного фонда по эпизоду, связанному с применением дополнительного тарифа страховых взносов, предусмотренных статьей 58.3 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (далее - Закон N 212) в отношении выплат, произведенных работнику общества Никулину С.Ф., суды исходили из того, что указанный работник, исполняя свои трудовые обязанности, был занят полный рабочий день на видах работ в особых условиях, дающих право на льготное пенсионное обеспечение. При этом доводы общества о том, что по результатам аттестации рабочего места должности "Электрогазосварщик" условия работы по этой должности признаны допустимыми с присвоением класса условий труда по общей оценке условий труда, отклонены судами, поскольку специальная оценка условий труда в соответствии с Федеральным законом от 28.12.2013 N 426-ФЗ "О специальной оценке условий труда" (далее - Закон N 426-ФЗ) обществом не проводилась.

При рассмотрении спора суды руководствовались положениями статей 47, 48, 49, 58 Федерального закона "Об акционерных обществах", статей 181.1 - 181.5 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьи 26 Федерального закона от 22.04.1996 N 39-ФЗ "О рынке ценных бумаг". Установив, что решения от 29.06.2013, связанные с дополнительным выпуском акций приняты общим собранием акционеров по вопросу, не включенному в повестку дня собрания и в отсутствии кворума, суды сочли их не имеющими юридической силы, и, исходя из нарушений законодательства, допущенных обществом при принятии решений о размещении дополнительных ценных бумаг, удовлетворили заявленные исковые требования. Судами учтен факт соблюдения истцами срока исковой давности.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды трех инстанций, оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статьи 324.1 Налогового кодекса Российской Федерации, статей 4, 11 Федерального закона от 17.08.1995 N 147-ФЗ "О естественных монополиях", Методикой расчета экономически обоснованных затрат, учитываемых при формировании цен (тарифов) на услуги субъектов естественных монополий в сфере перевозок пассажиров железнодорожным транспортом общего пользования в пригородном сообщении в субъектах Российской Федерации, утвержденной приказом Федеральной службы по тарифам от 28.09.2010 N 235-т/1, Положением о государственном регулировании тарифов, сборов и платы в отношении работ (услуг) субъектов естественных монополий в сфере железнодорожных перевозок, утвержденным постановлением Правительства Российской Федерации от 05.08.2009 N 643, пришли к выводу о том, что решение ФАС России в оспоренной части соответствует закону и не нарушает права и законные интересы заявителя, с учетом доказанности антимонопольным органом наличия у управления правовых оснований для исключения при расчете тарифа общества из состава затрат расходов по оплате охранных услуг ЧОП "Стражник" и расходов по оценочным обязательствам (резерву) на выплату отпускных ввиду их экономической необоснованности.

Удовлетворяя иск, суды руководствовались статьями 10, 334, 337, 341, 348, 349, 350, 413, 819 Гражданского кодекса Российской Федерации, Федеральным законом от 16.07.1998 N 102-ФЗ "Об ипотеке (залоге недвижимости)" и, исследовав и оценив представленные по делу доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о доказанности материалами дела ненадлежащего исполнения третьим лицом (заемщик) своих обязательств по соглашению об открытии кредитной линии, обеспеченных залогом (ипотекой) имущества общества (залогодатель), и об обоснованности требования банка (залогодержатель) об обращении взыскания на заложенное имущество. Отказывая во встречном иске, суды указали на недоказанность обществом совпадения в одном лице должника и кредитора по кредитному обязательству, на которое ответчик ссылался в обоснование своего требования.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 статьи 299, пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, статьями 2, 6, 20 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих закрепление собственником спорного имущества за правопредшественником общества - федеральным государственным предприятием спорного недвижимого имущества на праве хозяйственного ведения, в отсутствие государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним данного права, признал недоказанным, что на момент приватизации спорный объект недвижимого имущества входил в состав имущественного комплекса правопредшественника общества и принадлежал последнему на праве хозяйственного ведения, поэтому отказал в удовлетворении заявленных требований.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 статьи 299, пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, статьями 2, 6, 20 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих закрепление собственником спорного имущества за правопредшественником общества - федеральным государственным предприятием спорного недвижимого имущества на праве хозяйственного ведения, в отсутствие государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним данного права, признал недоказанным, что на момент приватизации спорный объект недвижимого имущества входил в состав имущественного комплекса правопредшественника общества и принадлежал последнему на праве хозяйственного ведения, поэтому отказал в удовлетворении заявленных требований.

Оценив представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что срок исполнения обществом требования об уплате спорной суммы штрафа истек 25.07.2016, а с настоящим заявлением пенсионный фонд обратился в суд 21.08.2017, то есть по истечении шестимесячного срока, установленного положениями пункта 3 статьи 46 и пункта 1 статьи 115 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс) для взыскания в судебном порядке спорной задолженности. При этом суды также установили, что с заявлением о выдаче судебного приказа о взыскании спорного штрафа пенсионный фонд также обращался 20.02.2017 с пропуском срока на взыскание спорной задолженности, в связи с чем обстоятельства, связанные с отменой этого судебного приказа не могут рассматриваться как уважительные причины пропуска срока на обращение в суд с настоящим заявлением, тем более, что после отмены судебного приказа 06.03.2017 и до 21.08.2017 пенсионный фонд не предпринимал никаких мер, направленных на взыскание спорного долга в судебном порядке.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 статьи 299, пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, статьями 2, 6, 20 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих закрепление собственником спорного имущества за правопредшественником общества - федеральным государственным предприятием спорного недвижимого имущества на праве хозяйственного ведения, в отсутствие государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним данного права, признал недоказанным, что на момент приватизации спорный объект недвижимого имущества входил в состав имущественного комплекса правопредшественника общества и принадлежал последнему на праве хозяйственного ведения, поэтому отказал в удовлетворении заявленных требований.

Таким образом, фактически приобретенные строительные материалы были использованы для строительства жилых домов, в операциях, которые в силу подпункта 22 пункта 3 статьи 149 Налогового кодекса Российской Федерации не подлежат обложению НДС.

При этом общество, являясь заказчиком-застройщиком, изначально знало цель приобретения и использования товара, все приобретенные строительные материалы отнесены на строящиеся объекты по договорам купли-продажи, заключенным с подрядчиками, иные покупатели товара отсутствовали, что свидетельствует о создании налогоплательщиком видимости торговой деятельности при фактическом занятии строительством жилья.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статей 65 и 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь пунктом 1 статьи 299, пунктом 1 статьи 131 ГК РФ, статьями 2, 6, 20 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 1 статьи 37 Федерального закона от 21.12.2001 N 178-ФЗ "О приватизации государственного и муниципального имущества", разъяснениями, изложенными в пунктах 5, 11 совместного постановления Пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29.04.2010 N 10/22 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав", суд, в отсутствие доказательств, подтверждающих закрепление собственником спорного имущества за правопредшественником общества - федеральным государственным предприятием спорного недвижимого имущества на праве хозяйственного ведения, в отсутствие государственной регистрации в Едином государственном реестре прав на недвижимое имущество и сделок с ним данного права, признал недоказанным, что на момент приватизации спорный объект недвижимого имущества входил в состав имущественного комплекса правопредшественника общества и принадлежал последнему на праве хозяйственного ведения, поэтому отказал в удовлетворении заявленных требований.

Оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд, руководствуясь пунктом 5 статьи 58, статьей 59, пунктом 2 статьи 218 Гражданского кодекса Российской Федерации, подпунктом 4.4 пункта 3 статьи 333.35, пунктом 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации, статьей 21.1 Федерального закона от 21.07.1997 N 122-ФЗ "О государственной регистрации прав на недвижимое имущество и сделок с ним", пунктом 68 Правил ведения Единого государственного реестра прав на недвижимое имущество и сделок с ним, состава номера регистрации, утвержденных приказом Минэкономразвития России от 23.12.2013 N 765, пришел к выводу, что изменение организационно-правовой формы общества не влечет перехода прав на объект недвижимости, поскольку новое юридическое лицо не возникает, а меняется только его организационно-правовая форма, государственная регистрация перехода права собственности на недвижимое имущество не требуется, в связи с чем уплаченная обществом сумма государственной пошлины подлежит возврату.

Руководствуясь статьями 102, 110, 291.6, 291.8, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, суд

определил:

отказать общественной организации инвалидов г. Владивостока "Гражданин" в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина в размере 3 000 руб., с учетом положений статьи 102 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации, подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

В силу части 2 статьи 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист подлежит выдаче Арбитражным судом Забайкальского края.

Как следует из судебных актов, по результатам рассмотрения обращения акционера общества Шутова И.Н. административным органом выявлен факт несоблюдения заявителем положений Федерального закона от 26.12.1995 N 208?ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных обществах), выразившегося в ненаправлении (невручении) бюллетеня для голосования лицу, имеющему право на участие 27.05.2016 в общем собрании акционеров.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд апелляционной инстанции, повторно оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 169, 171, 172 Налогового кодекса Российской Федерации, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", пришел к выводу о доказанности налоговым органом совокупности обстоятельств, свидетельствующих о создании обществом формального документооборота с целью получения необоснованной налоговой выгоды в виде незаконного применения вычетов по НДС, с чем согласился суд округа.

Основанием для принятия решений послужил вывод налогового органа о неправомерном применении обществом льготы, предусмотренной пунктом 21 статьи 381 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс), в отношении объекта недвижимого имущества - здания торгово-развлекательного комплекса.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, судебные инстанции, оценив представленные в материалы дела доказательства, руководствуясь положениями статей 373, 374, 381 Налогового кодекса, статей 2, 15 Федерального закона от 23.11.2009 N 261-ФЗ "Об энергосбережении и о повышении энергетической эффективности и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" (далее - Закон об энергосбережении), Правилами установления требований энергетической эффективности для зданий, строений, сооружений и требований к правилам определения класса энергетической эффективности многоквартирных домов, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 25.01.2011 N 18, приказом Министерства энергетики Российской Федерации от 19.04.2010 N 182 "Об утверждении требований к энергетическому паспорту, составленному по результатам обязательного энергетического обследования, и энергетическому паспорту, составленному на основании проектной документации, и правил направления копии энергетического паспорта, составленного по результатам обязательного энергетического обследования", разъяснениями, изложенными в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиками налоговой выгоды", пришли к выводу о законности оспоренных решений с учетом недоказанности обществом наличия правовых оснований для применения заявленной льготы по налогу на имущество.