Налоговая судебная практика

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью Инвестиционно-промышленная компания "Жилстрой" (далее - должник) кредитор по текущим платежам - Полегенько Андрей Валерьевич обратился в Арбитражный суд Омской области с жалобой на действия (бездействие) конкурсного управляющего должником Виноградова Владимира Геннадьевича, выразившиеся в нарушении очередности удовлетворения требований кредиторов, установленной пунктом 1 статьи 134 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), и с заявлением об определении очередности удовлетворения его требования по компенсации морального вреда в размере 1 000 000 рублей с отнесением его к внеочередному платежу.

Признавая обоснованным решение налогового органа в указанной части, суды руководствовались положениями статей 31, 145, 153, 166, 169, 171, 221, 227 Налогового кодекса Российской Федерации и исходили из того, что предпринимателем не представлены документы, подтверждающие заявленные в налоговых декларациях налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость и расходы.

Оценив представленные в материалы дела доказательства и установив, что в нарушении требований пункта 2 части 1 статьи 19 Федерального закона от 10.12.2003 N 173-ФЗ "О валютном регулировании и валютном контроле" общество не исполнило к установленному сроку обязанность по обеспечению возврата в Российскую Федерацию денежных средств, уплаченных компании - нерезиденту за не ввезенные в Российскую Федерацию товары по внешнеэкономическому контракту от 12.06.2014 N AVED/001, суды пришли к выводу о наличии в действиях общества состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 5 статьи 15.25 КоАП РФ.

СТАТЬЯМИ 172 И 173 НАЛОГОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,

Рассматривая спор, суды руководствовались статьями 10, 15, 53, 401 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", статьями 7, 11 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете", и исходили из доказанности правомерности привлечения Папакова И.В. к ответственности в виде взыскания убытков за несовершение действий по реализации закупаемой скоропортящейся продукции, что привело к резкому уменьшению активов должника.

1. Решением суда общей юрисдикции, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции, гражданину В.Е. Фомушкину было отказано в удовлетворении исковых требований к государственной корпорации "Агентство по страхованию вкладов" о взыскании с ответчика в пользу истца невыплаченной суммы страхового возмещения по его вкладу в банке, в отношении которого наступил страховой случай, и компенсации морального вреда. При этом суды исходили из того, что ответчик исполнил свои обязательства перед истцом по выплате страхового возмещения в полном объеме, в размере, предусмотренном частью 2 статьи 11 Федерального закона от 23 декабря 2003 года N 177-ФЗ "О страховании вкладов физических лиц в банках Российской Федерации".

Удовлетворяя требования общества в части взыскания затрат и упущенной выгоды, суд апелляционной инстанции руководствовался статьями 15, 393, 474, 753 ГК РФ, разъяснениями, приведенными в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - постановление N 7) и исходил из наличия совокупности доказательств, подтверждающих факт поставки лифтового оборудования, и оснований для отнесения на учреждение расходов по его хранению по пункту 15.8 контракта, а также из обоснованности требований общества о взыскании упущенной выгоды.

При этом суды руководствовались статьями 247, 252 и 266 Налогового кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

Основные возражения кассационной жалобы сводятся к переоценке установленных судами фактических обстоятельств и оценке доказательств по делу, что не подтверждает нарушения судами норм права при рассмотрении настоящего дела и не может являться основанием для пересмотра обжалуемых судебных актов в кассационном порядке.

В Постановлении от 24 марта 2017 года N 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал: регулируя право на получение налогового, в том числе имущественного, вычета, федеральный законодатель руководствуется соображениями необходимости и целесообразности; исходя из этих соображений пункт 5 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации устанавливает, что имущественный налоговый вычет не предоставляется в части расходов налогоплательщика на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, покрываемых, в частности, за счет выплат, предоставленных из средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации; то обстоятельство, что налогоплательщик мог добросовестно заблуждаться относительно законности основания получения имущественного налогового вычета, а налоговый орган по тем или иным причинам не опроверг правомерность заявленных им требований, не может служить основанием для невозврата задолженности перед бюджетной системой, образовавшейся в результате неправомерного предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета; в свою очередь, государство в лице уполномоченных органов должно эффективно и своевременно решать вопросы обеспечения уплаты в полном объеме причитающихся бюджетной системе налоговых средств, а налогоплательщики, действующие добросовестно, не могут быть поставлены в ситуацию недопустимой неопределенности возможностью предъявления в любой момент требований о возврате полученного ими имущественного налогового вычета по мотиву неправомерности независимо от времени, прошедшего с момента решения вопроса о его предоставлении.

При этом суды основывали свою позицию на положениях статей 146, 166, 167, 169, 171, 172, 247, 252 Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениях, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

При этом суды основывали свою позицию на положениях статей 169, 171, 172, Налогового кодекса Российской Федерации и разъяснениях, изложенных в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды".

ПУНКТА 2 СТАТЬИ 45 НАЛОГОВОГО КОДЕКСА РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Конституционный Суд Российской Федерации в составе Председателя В.Д. Зорькина, судей К.В. Арановского, А.И. Бойцова, Г.А. Гаджиева, Ю.М. Данилова, Л.М. Жарковой, С.М. Казанцева, С.Д. Князева, А.Н. Кокотова, Л.О. Красавчиковой, Н.В. Мельникова, Ю.Д. Рудкина, В.Г. Ярославцева,

В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин Н.В. Винокуров ставит вопрос о конституционности применения при рассмотрении его дела судами общей юрисдикции положений пункта 1 статьи 17, статьи 29.1, пункта 1 статьи 31 Федерального закона от 17 декабря 2001 года N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации"; статей 10 и 15 Федерального закона от 24 июля 2009 года N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования", а также подпункта 15 пункта 2 статьи 6 (в жалобе ошибочно указанного как подпункт 15 части 1 статьи 6) Федерального закона от 1 апреля 1996 года N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования".

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Випойл-гиперцентр" (далее - общество, налогоплательщик) к Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району города Волгограда (далее - налоговый орган, инспекция) о признании незаконным решения от 10.11.2016 N 12-11/652 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части доначисления налога на прибыль в размере 45 256 677 рублей, в том числе 26 572 522 рублей за 2013 год и 18 684 155 рублей за 2014 год, начисления 10 985 904 рублей 22 копеек пеней и 9 051 335 рублей штрафа по пункту 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - Налоговый кодекс),

Руководствуясь статьями 102, 110, 291.6, 291.8, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации, суд

определил:

отказать обществу с ограниченной ответственностью "Техноальянс" в передаче кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации.

Оценив представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 31, 105.1, 169, 171, 172, 247, 252 Налогового кодекса Российской Федерации, принимая во внимание разъяснения Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды пришли к выводу о направленности действий налогоплательщика на минимизацию платежей в целях получения необоснованной налоговой выгоды.

Не придается иной смысл оспариваемым нормам уголовного закона и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", в котором указывается, что, определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления (абзац первый пункта 30).