Налоговая судебная практика

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды трех инстанций, оценив представленные в материалы дела доказательства в соответствии с главой 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями статей 45, 137, 138, 346.21, 346.22 Налогового кодекса Российской Федерации, пришли к выводу о законности оспоренного решения и доказанности налоговым органом совокупности обстоятельств, свидетельствующих об отсутствии правовых оснований для признания обязанности по уплате налога по УСН в сумме 4 500 000 рублей исполненной.

Исследовав обстоятельства дела и оценив имеющиеся доказательства в соответствии со статьями 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 239, 242.1, 242.2, 242.5 Бюджетного кодекса Российской Федерации, статьями 4, 7, 30, 64, 88.1 Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2006 N 23 "О некоторых вопросах применения судами норм Бюджетного кодекса Российской Федерации", суд апелляционной инстанции пришел к выводу, который был поддержан судом кассационной инстанции, о наличии оснований для признания постановления судебного пристава о зачете взаимных требований по исполнительным производствам недействительным.

По результатам анализа представленной обществом копии банковской гарантии от 12.05.2015 RIB-44, выданной АО КБ "РосинтерБанк", инспекцией установлено, что обязательства по указанной банковской гарантии прекратились перед обществом в результате издания приказа Банка России от 19.09.2016 N ОД-3141 об отзыве лицензии.

Кажаева С.Б. обратилась в Иркутский областной суд с административным исковым заявлением о признании Закона Иркутской области "О преобразовании муниципальных образований Ангарского района Иркутской области" не действующим полностью со дня его вступления в силу, ссылаясь на противоречие данного закона положениям статей 13, 84 и 85 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации" и положениям Закона Иркутской области "О статусе и границах муниципальных образований Ангарского района Иркутской области".

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции, исследовав и оценив представленные доказательства в их совокупности и взаимной связи по правилам главы 7 Кодекса, руководствуясь статьями 15, 393, 845, 854, 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации, положениями Федерального закона от 02.10.2007 N 229-ФЗ "Об исполнительном производстве", суд первой инстанции, с выводами которого согласились суды апелляционной инстанции и округа, исходил из того, что действия банка, списавшего с расчетного счета общества денежные средства в пользу Черного Е.А. (взыскатель) на основании исполнительного листа, выданного взыскателю судом в соответствии с вступившим в законную силу судебным актом, в момент, когда арест был снят судом, не являются противоправными и виновными.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, сформулированной в определении от 11 мая 2004 г. N 209-О, при отсутствии единых правил орган местного самоуправления обязан осуществлять дифференциацию ставок земельного налога, который имеет сходную с арендной платой правовую природу в силу положений статьи 65 Земельного кодекса Российской Федерации, не произвольно, а в соответствии с экономической оценкой территории и генеральным планом города, то есть, основываясь на анализе и оценке экономических, природных и иных факторов, влияющих в том числе на уровень доходности земельного участка по местоположению и зонам различной градостроительной ценности территории. С учетом схожести правового регулирования данная позиция применяется и к вопросам установления базовых ставок арендной платы за землю, находящуюся в муниципальной, государственной собственности или в отношении которой государственная собственность не разграничена.

Как усматривается из судебных актов и материалов дела, административным органом составлен протокол от 09.02.2017 N 770520170209010201 и принято оспариваемое постановление от 14.03.2017 N 770520170209010201 в связи с тем, что общество в нарушение пунктов 9.2 и 9.2.2 Инструкции Банка России от 04.06.2012 N 138-И "О порядке представления резидентами и нерезидентами уполномоченным банкам документов и информации, связанных с проведением валютных операций, порядке оформления паспортов сделок, а также порядке учета уполномоченными банками валютных операций и контроля за их проведением" (далее - Инструкция от 04.06.2012 N 138-И), при установленном сроке 25.05.2016 представления в уполномоченный банк подтверждающих документов и справки о подтверждающих документах, фактически исполнило данную обязанность 27.06.2016, то есть, по мнению административного органа, с просрочкой в 33 календарных дня.

Кроме того, указывая на допущенные при рассмотрении настоящего дела нарушения норм процессуального права применительно к положениям пункта 22 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", заявитель ссылается на необоснованное взыскание с него государственной пошлины в размере 30 000 рублей по двум заявленным требованиям неимущественного характера, вместо необходимых 12 000 рублей.

Ссылка на то, что Федеральным законом от 29.07.2017 N 240-ФЗ дополнительно внесены части 8.1 - 8.4, которыми устанавливается возможность урегулирования задолженности заемщика непосредственно путем его обращения в автономную некоммерческую организацию "Фонд защиты вкладчиков", а также механизм проведения такого урегулирования, выводы судов также не опровергает.

исполняющий обязанности прокурора Магаданской области обратился в Магаданский областной суд с административным исковым заявлением о признании не действующим со дня вступления решения суда в законную силу Порядка санкционирования оплаты денежных обязательств получателей средств областного бюджета и администраторов источников финансирования дефицита областного бюджета", утвержденного приказом Министерства финансов Магаданской области от 7 декабря 2016 года N 95 (в редакции приказа от 23 октября 2017 года N 85), полагая его противоречащим абзацу 1 пункта 2 статьи 241.1, абзацу 10 пункта 1, пункту 2 статьи 166.1 Бюджетного кодекса Российской Федерации, абзацу 2 пункта 2.2.8 Порядка кассового обслуживания исполнения федерального бюджета, бюджетов субъектов Российской Федерации и местных бюджетов и порядка осуществления территориальными органами федерального казначейства отдельных функций финансовых органов субъектов Российской Федерации и муниципальных образований по исполнению соответствующих бюджетов, утвержденного приказом Федерального казначейства от 10 октября 2008 года N 8н.

Как следует из судебных актов, признавая недействительным оспариваемое решение пенсионного фонда в соответствующей части, суды исходили из отсутствия у учреждения обязанности начислять и уплачивать дополнительные тарифы страховых взносов, предусмотренные статьей 58.3 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (далее - Закон N 212) в отношении выплат, произведенных работникам учреждения, занятым менее 80 процентов рабочего времени на видах работ, указанных в подпунктах 1 - 18 пункта 1 статьи 27 Федерального закона от 17.12.2001 N 173-ФЗ "О трудовых пенсиях в Российской Федерации" (с 01.01.2015 - в подпунктах 1 - 18 пункта 1 статьи 30 Федерального закона от 28.12.2013 N 400-ФЗ "О страховых пенсиях"). При этом суды указали, что в силу положений Законов N 173-ФЗ и N 212-ФЗ, постановления Кабинета Министров СССР от 26.01.1991 N 10 "Об утверждении Списков производств, работ, профессий, должностей и показателей, дающих право на льготное пенсионное обеспечение", работники учреждения, занятые менее 80 процентов рабочего времени на спорных видах работ, не обладают правом на включение соответствующих периодов работы в стаж, дающий право на досрочное назначение трудовой пенсии по старости, а, соответственно, отсутствует обязанность для начисления и уплаты страховых взносов по дополнительным тарифам с выплат, произведенных названным работникам.

Не придается иной смысл оспариваемым нормам уголовного закона и в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 ноября 2017 года N 48 "О судебной практике по делам о мошенничестве, присвоении и растрате", в котором указывается, что, определяя стоимость имущества, похищенного в результате мошенничества, следует исходить из его фактической стоимости на момент совершения преступления (абзац первый пункта 30).

по заявлению общества с ограниченной ответственностью "Бэта Трэйд" о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы N 5 по городу Москве от 28.12.2016 N 14/24 о привлечении к налоговой ответственности по пункту 1 статьи 126 Налогового кодекса Российской Федерации,

1. В своей жалобе в Конституционный Суд Российской Федерации гражданин С.Н. Щанкин оспаривает конституционность положения подпункта 2 пункта 1 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации (в редакции, действовавшей в налоговом периоде 2011 года), в соответствии с которым имущественный налоговый вычет, предусмотренный данным подпунктом, не применяется в случаях, если сделка купли-продажи жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них совершается между физическими лицами, являющимися взаимозависимыми в соответствии со статьей 20 данного Кодекса.

В Постановлении от 24 марта 2017 года N 9-П Конституционный Суд Российской Федерации указал: регулируя право на получение налогового, в том числе имущественного, вычета, федеральный законодатель руководствуется соображениями необходимости и целесообразности; исходя из этих соображений пункт 5 статьи 220 Налогового кодекса Российской Федерации устанавливает, что имущественный налоговый вычет не предоставляется в части расходов налогоплательщика на новое строительство либо приобретение на территории Российской Федерации жилого дома, квартиры, комнаты или доли (долей) в них, покрываемых, в частности, за счет выплат, предоставленных из средств бюджетов бюджетной системы Российской Федерации; то обстоятельство, что налогоплательщик мог добросовестно заблуждаться относительно законности основания получения имущественного налогового вычета, а налоговый орган по тем или иным причинам не опроверг правомерность заявленных им требований, не может служить основанием для невозврата задолженности перед бюджетной системой, образовавшейся в результате неправомерного предоставления налогоплательщику имущественного налогового вычета; в свою очередь, государство в лице уполномоченных органов должно эффективно и своевременно решать вопросы обеспечения уплаты в полном объеме причитающихся бюджетной системе налоговых средств, а налогоплательщики, действующие добросовестно, не могут быть поставлены в ситуацию недопустимой неопределенности возможностью предъявления в любой момент требований о возврате полученного ими имущественного налогового вычета по мотиву неправомерности независимо от времени, прошедшего с момента решения вопроса о его предоставлении.

Признавая обоснованным решение налогового органа в указанной части, суды руководствовались положениями статей 31, 145, 153, 166, 169, 171, 221, 227 Налогового кодекса Российской Федерации и исходили из того, что предпринимателем не представлены документы, подтверждающие заявленные в налоговых декларациях налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость и расходы.