Налоговая судебная практика

В этой связи, руководствуясь положениями статей 265, 266, 272 Налогового кодекса Российской Федерации и постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", апелляционным судом сделан вывод о наличии у инспекции правовых оснований для доначисления обществу налога на прибыль и предложения уменьшить убытки, учитываемые при формировании налогооблагаемой прибыли.

Согласно пункту 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 N 52 "О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам" признание судом недействующим нормативного правового акта или отмена такого акта в установленном порядке вышестоящим органом или лицом как не соответствующего закону не может рассматриваться в качестве обстоятельства, предусмотренного пунктом 1 части 3 статьи 311 АПК РФ, за исключением случаев, когда данный нормативный правовой акт признан недействующим с момента его принятия.

Поскольку производство по рассмотрению кассационной жалобы завершено, государственная пошлина с учетом положений статей 333.21, 333.22 Налогового кодекса Российской Федерации и статей 102, 110 АПК РФ подлежит взысканию в доход федерального бюджета.

В силу части 2 статьи 319 АПК РФ исполнительный лист подлежит выдаче Арбитражным судом Оренбургской области.

Отменяя определение суда первой инстанции и отказывая в удовлетворении требований компании, суд апелляционной инстанции, оценив представленные доказательства в соответствии с положениями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствовался статьей 100 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", разъяснениями, изложенными в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", и, по сути, исходил из того, что компания не является законным векселедержателем, а презумпция, разъясненная в последнем абзаце пункта 9 постановления пленумов Верховного Суда Российской Федерации и Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.12.2000 N 33/14 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с обращением векселей", в данном случае была опровергнута заинтересованными лицами.

По результатам рассмотрения материалов камеральной проверки пенсионный фонд вынес решение от 01.02.2017 N 074С04170002673 о привлечении учреждения к ответственности, предусмотренной частью 1 статьи 46 Федерального закона от 24.07.2009 N 212-ФЗ "О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования" (далее - Закон N 212), в виде штрафа в размере 1 047 118 рублей 31 копейки.

Как усматривается из судебных актов, по результатам камеральной налоговой проверки представленного ЗАО "РосПермТрансРесурс" расчета по форме 6-НДФЛ за 2016 год налоговым органом выявлено, что общество не своевременно перечислило в бюджет налог на доходы физических лиц в сумме 6508 руб. По факту выявленного правонарушения налоговым органом вынесено решение от 11.07.2017 N 3210, которым общество привлечено к ответственности по статье 123 Налогового кодекса Российской Федерации в виде штрафа в размере 325 руб. 40 коп. (с учетом снижения в 4 раза).

Проверяя обоснованность возврата апелляционной жалобы, суд округа не установил нарушений норм процессуального права, учел разъяснения, приведенные в пункте 32 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 N 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", пунктах 2 и 4 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.05.2014 N 8 "О практике применения судами законодательства о воинской обязанности, военной службе и статусе военнослужащих", справедливо указав, что рассматриваемый спор возник из гражданско-правовых отношений по поставке коммунальных ресурсов в занимаемые комиссариатом помещения, напрямую не связанных с осуществлением им функций органа военного управления и не наделяющих последнего статусом органа государственной власти.

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства, в том числе результаты опросов, проведенных инспекцией, информацию Биробиджанской таможни от 09.07.2016 N 22-42/348, в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, руководствуясь положениями Налогового кодекса Российской Федерации, правовой позицией, изложенной в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из доказанности инспекцией создания обществом формального документооборота при отсутствии реальности хозяйственных операций, не подтверждения факта выполнения работ по договорам силами ООО "ВостокПромКомплект", недостоверности сведений, содержащихся в представленных обществом в обоснование налоговой выгоды документах.

Суды установили, что оспариваемым предписанием Томская область в числе иных субъектов Российской Федерации привлечена к ответственности за нарушение условий соглашения о предоставлении субсидии от 05.02.2015 N 56/17-с, заключенного с министерством, в части недостижения показателей результативности использования субсидии. Томская область по состоянию на 01.01.2016 не обеспечила достижение показателем "Сохранение размера посевных площадей в субъекте Российской Федерации" планового значения на 17 388 га.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 АПК РФ представленные доказательства, руководствуясь статьями 8, 15, 130, 309, 310, 393, 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, статьей 171 Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 1, 60 ГрК РФ, пунктом 23 части 2 статьи 2 Федерального закона от 30.12.2009 N 384-ФЗ "Технический регламент о безопасности зданий и сооружений" и разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств", суд первой инстанции, проверив и скорректировав расчет истца, взыскал с Общества в пользу Компании 26 893 676 рублей 14 копеек убытков.

Отказывая в удовлетворении требований, суды руководствовались статьями 169, 171 - 172, 252 Налогового кодекса Российской Федерации и учитывали разъяснения, содержащиеся в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды" (далее - постановление Пленума N 53).

Разрешая настоящий спор, суды, руководствуясь положениями статьи 18 Федерального закона от 25.02.1999 N 39-ФЗ "Об инвестиционной деятельности в Российской Федерации, осуществляемой в форме капитальных вложений", установив факт расторжения инвестиционного контракта Правительством Москвы, наличия на стороне инвестора расходов, понесенных в связи с реализацией этого контракта, учитывая заключение экспертизы, установившей их размер, правомерно пришли к выводам о наличии оснований для удовлетворения заявленных исковых требований, в том числе о взыскании суммы процентов, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации,

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в указанной части, суды, оценив представленные в материалы дела доказательства, в том числе протоколы допроса свидетелей и результаты почерковедческих экспертиз, руководствуясь положениями статей 169, 171, 172 Налогового кодекса, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", пришли к выводу о доказанности налоговым органом правовых оснований для вынесения оспариваемого решения ввиду наличия совокупности обстоятельств, свидетельствующих о направленности действий общества на получение из бюджета необоснованной налоговой выгоды.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в порядке статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 15, 393, 845, 854 Гражданского кодекса Российской Федерации, частями 4 и 13 статьи 9 Федерального закона от 27.06.2011 N 161-ФЗ "О национальной платежной системе", а также разъяснениями, приведенными в пункте 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.1999 N 5 "О некоторых вопросах практики рассмотрения споров, связанных с заключением, исполнением и расторжением договоров банковского счета", признав доказанным факт причинения предпринимателю ущерба вследствие списания денежных средств с принадлежащего ему расчетного счета в отсутствие на то соответствующего волеизъявления, противоправного поведения и вины банка, причинно-следственной связи между бездействием его работников, выразившемся в ненаправлении в адрес клиента информации о совершенной операции с использованием электронного средства платежа, и ущербом последнего, суды удовлетворили иск, признав его обоснованным по праву и размеру.

Исследовав обстоятельства дела и оценив имеющиеся доказательства в соответствии со статьями 65, 71, 198, 200, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь статьями 21, 45, 46, 69, 70, 78, 286, 287, 289 Налогового кодекса Российской Федерации, суды нашли, что оспариваемые решения являются законными и обоснованными, налоговым органом соблюдена процедура принудительного взыскания задолженности по налогу.

Оценив в соответствии с требованиями главы 7 Кодекса представленные сторонами доказательства, в их совокупности и взаимосвязи, исходя из фактических обстоятельств дела, руководствуясь положениями Налогового кодекса Российской Федерации, статьями 209, 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 3 статьи 15 Федерального закона от 10.12.1995 N 196-ФЗ "О безопасности дорожного движения", разъяснениями Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенных в постановлении от 12.10.2006 N 53 "Об оценке арбитражными судами обоснованности получения налогоплательщиком налоговой выгоды", суды, отказывая в удовлетворении требований, исходили из доказанности инспекцией нереальности оказанных услуг, поскольку транспортное средство списано обществом с бухгалтерского учета, государственный номер спорного транспортного средства утилизирован, учитывая, что эксплуатация транспортного средства без регистрации не допускается. Доказательств обратного обществом не представлено.

Оценив представленные доказательства с позиции статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями Федерального закона от 24.07.1998 N 125-ФЗ "Об обязательном социальном страховании от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний" (далее - Закон N 125-ФЗ), Правил отнесения видов экономической деятельности к классу профессионального риска, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 01.12.2005 N 713, Порядка подтверждения основного вида экономической деятельности страхователя по обязательному социальному страхованию от несчастных случаев на производстве и профессиональных заболеваний - юридического лица, а также видов экономической деятельности подразделений страхователя, являющихся самостоятельными классификационными единицами, утвержденного приказом Министерства здравоохранения и социального развития Российской Федерации от 31.01.2006 N 55, Общероссийского классификатора видов экономической деятельности ОК 029-2001 (далее - ОКВЭД), принятого постановлением Госстандарта Российской Федерации от 06.11.2001 N 454-ст, суды первой и апелляционной инстанций сделали выводы о необоснованном установлении заявителю повышенного страхового тарифа, о доказанности материалами дела права организации в 2013-2015 годах применять страховой тариф в размере 0,2%. Суды указали, что непосредственно охоту осуществляли физические лица - члены организации, не являющиеся ее работниками, в связи с чем подлежит применению пониженный тариф.